«Чудовище» Пон Джун Хо, или «Динозавр» поневоле

«Чудовище» Пон Джун Хо, или «Динозавр» поневоле

На какие только ухищрения не идут прокатчики, чтобы привлечь зрителя в темные залы кинотеатров. Оригинальные картины переименовывают, слоганы перефразируют, а нам, в лучшем случае, достается эффект обманутого ожидания.

Когда-то у нас в стране с большим успехом прошел фильм «Легенда о динозавре» (1977). Среди зарубежных лент в советском прокате японский хоррор долгое время бил все рекорды посещаемости, не имея конкурентов.

Годы спустя картина «Годзилла против Мехагодзиллы» (1993) получила, по непонятным причинам, номерное название «Легенда о динозавре-2», хотя к фильму 1977 года не имела ни малейшего отношения.

Уловка с названием сыграла на ностальгических чувствах и позволила обойти непонятные советскому гражданину отношения заморских дайкайдзю.

Но более всего расстраивает, как «прокатили» у нас «Чудовище» (Gwoemul) Пон Джун Хо — южнокорейскую ленту, которая на родине режиссера стала настоящим культурным феноменом.

Локализаторы, крепко застрявшие в прошлом, окрестили картину «Вторжением динозавра», рассчитывая, по всей видимости, на генетическую память современных зрителей.

То ли кино не смотрели (монстр из фильма имеет еще меньше отношения к отряду ископаемых пресмыкающихся, чем плезиозавр из «Легенды о динозавре»), то ли думали на два шага вперед, делая ставку на пресловутый эффект обманутого ожидания.

Решивший посмотреть на экшн и спецэффекты зритель, по их логике, должен был неожиданно для себя ахнуть от глубины затронутых в фильме общечеловеческих проблем и открыть свое сердце для тонкостей авторского кинематографа — а заодно и друзей позвать.

Тем более что подходить к творчеству Пон Джун Хо можно совершенно безо всякой подготовки. Постановщик знает за какие ниточки дергать и с какой силой. Его ленты дружелюбны к зрителю, а драма и комедия свободно переплетаются, как в обычной жизни.

Душный на первый взгляд политический контекст и антропогенный фактор представлены в ленте так бодро и доходчиво, что авторитетный журнал Rolling Stone даже предложил вести отсчет истории хоррора нового тысячелетия именно с корейского «Чудовища».

Но уловка в этот раз не сработала! И дело не в странной любви локализаторов к доисторическим ящерам, и не в утрированных критериях монстр-муви («Вы только посмотрите! Тут чудовище постоянно в кадре, да еще и при дневном свете!»), а в отсутствии проката как такового.

Картину южнокорейского режиссера, которую посмотрел чуть ли не каждый четвертый житель Страны утренней свежести, российские прокатчики почему-то решили обойти стороной.

Но как можно было проигнорировать мировые сборы (более 90 млн долларов) и волну положительной критики?!

Разгадка, по всей видимости, кроется в оглядке на американский бокс-офис. На Западе «Чудовище» переименовали в «Хозяина» (Host) и прагматично пустили в ограниченный прокат, — на всякий случай, если в будущем понадобится купить права и адаптировать для местного населения.

Форма фантастического хоррора о монстре, терроризирующем город, абсолютно условна, важно здесь содержание, оценить которое, к сожалению, удалось далеко не всем.

Западному зрителю, например, не удалось снять с «Хозяина» клише фильма категории Б. Как итог — в США картина не собрал и трех миллионов.

Творение южнокорейского режиссера хвалили, называя его «чокнутым гибридом жанров», но этого явно было недостаточно нашим прокатчикам. Ровно как и участия звезды корейского кино Сон Кан Хо, сыгравшего в большинстве картин режиссера.

Не спас положение и выигранный приз за лучшие спецэффекты — все-таки подобным регалиям далеко до Золотой пальмовой ветви, которую, к слову, Пон Джун Хо получил только сейчас, спустя 13 лет.

Успех последней ленты «Паразиты» (Gisaengchung), которая удостоилась стоячей овации в Каннах, хочется верить, восстановит справедливость и реабилитирует незаслуженно непонятые или пропущенные у нас картины корейского гения.